Иосиф Бродский, «О тирании» (1979; авторизованный перевод Л. Лосева):

«Люди становятся тиранами не потому, что испытывают к этому призвание, но и не по чистой случайности. Человек с подобным призванием обычно предпочитает короткий путь и тиранит собственную семью, тогда как настоящие тираны обычно застенчивы и вообще ужасно скучны в быту. (…)

Средняя продолжительность хорошей тирании — десять-пятнадцать лет, двадцать самое большее. За этим пределом неизбежно соскальзывание в нечто весьма монструозное. Тогда мы имеем дело с величием, проявляющимся в развязывании войн или террора внутри страны, или того и другого вместе. (…)

Если в истории ему будет отведено не более одной строки, тем лучше: значит, среди своих подданных он не учинил достаточно кровопролитий, чтобы набралось на целый абзац. Любовницы у него были склонны к полноте и немногочисленны. Писал он мало, равным образом не рисовал и не играл на музыкальных инструментах; также не ввел нового стиля мебели. Он был простой тиран, но все-таки лидеры величайших демократий ужасно стремились пожать ему руку. (…)

Благодаря характеру его работы, никто не знал, что он думает на самом деле. Вполне возможно, что он и сам не знал, что он на самом деле думает».
Из фильма «Мистер Аркадин» (1955), режиссёр и сценарист О. Уэллс:

«Я видел сон. Я был на кладбище, где на всех надгробиях были любопытные надписи: 1822 – 1826, 1930 – 1934. Везде. Везде очень короткий срок между рождением и смертью. Я встретил там старика. Я спросил его, почему он прожил так долго, если все остальные жители деревни умерли так рано. «Нет, – сказал он мне, – мы не умираем рано. Просто мы указываем на могилах не годы жизни человека, а то время, когда у него был друг».

«А сейчас я расскажу вам о скорпионе. Этот скорпион хотел пересечь реку и попросил лягушку перевезти его. «Нет, – сказала лягушка. – Нет, спасибо. Если я посажу тебя на спину, ты меня ужалишь, а яд скорпиона смертелен». – «Ну где, – спросил скорпион, – где же логика? – Скорпионы всегда логичны. – Если я тебя ужалю, ты умрёшь, и я утону». И лягушка согласилась и посадила скорпиона на спину. Но на середине реки она почувствовала ужасную боль и поняла, что скорпион всё-таки ужалил её. «Логика! – закричала умирающая лягушка, погружаясь под воду вместе со скорпионом. – В этом нет никакой логики!» – «Я знаю, – сказал скорпион, – но ничего не могу поделать. Таков мой характер».
24 апреля 1990 года был запущен космический телескоп "Хаббл".

hubble-first-photo.png

Первый снимок "Хаббла" (справа) в сравнении со снимком того же участка, сделанного из обсерватории в пустыне Атакама. Очевидный ответ на вопрос, зачем нужен телескоп в космосе.

25 лет - 25 изображений.
CC Affiliates Mixtape.jpg
(Обложка: CJ Bryan)

К 12-летию Creative Commons выпущен альбом свободной (строго говоря, не совсем свободной) музыки "CC Affiliates Mixtape #1". 25 исполнителей из 25 стран, разные языки и разные жанры. Мне многое понравилось, но я в музыке ничего не понимаю.

Два года назад, к 10-летию Creartive Commons выходил подобный сборник "#CC-10 Europe Mixtape".
Vladimir_Odoevsky_by_A._Pokrovsky.jpg

210 лет назад родился Владимир Фёдорович Одоевский (1804-1869) – писатель, критик, философ, мистик, музыковед, государственный и общественный деятель, меценат, член многих учёных обществ (музыкального, географического, археологического), прозванный «русским Фаустом»; автор светских повестей, фантастических новелл, сказок для взрослых и детей, философского романа «Русские ночи».

«…Ростислав невольно поблагодарил в глубине души того умного человека, который выдумал строить дома, вставлять рамы и топить печи. «Что было бы с нами, – рассуждал он, – если бы не случилось на свете этого умного человека? Каких усилий стоило человечеству достигнуть весьма простой вещи, на которую обыкновенно никто не обращает внимания, то есть жить в доме с рамами и печами?» […] Какие успехи должны были сделать физика, химия, механика и проч., чтоб обратить произведение пчелы в свечку, склеить этот стол, обтянуть эти стены штофом, расписать потолок, зажечь масло в лампах? Ум теряется в бесконечно многочисленных, разнообразных открытиях, без которых не было бы светлого дома с рамами и печами. – «Что ни говори, – подумал Ростислав, – а просвещение доброе дело!»

«Просвещение»… на этом слове он невольно остановился. Мысли его более и более распространялись, более и более становились важнее… «Просвещение! Наш XIX век называют просвещенным; но в самом ли деле мы счастливее того рыбака, который некогда, может быть, на этом самом месте, где теперь пестреет газовая толпа, расстилал свои сети? Что вокруг нас?

Зачем мятутся народы? Зачем, как снежную пыль, разносит их вихорь? Зачем плачет младенец, терзается юноша, унывает старец? Зачем общество враждует с обществом и, еще более, с каждым из своих собственных членов? Зачем железо рассекает связи любви и дружбы? Зачем преступление и несчастие считается необходимою буквою в математической формуле общества?»

В. Одоевский, «Русские ночи» (1844) [Одоевский, 1975, с. 9-10]. Read more... )


В Египте (фото: Фёдор Носов).



На пикнике в Долгопрудном (фото: Александр Алиев).
В новом номере "НЛО" довольно много интересных статей. Подборка о Зое Космодемьянской, подборка об экономике литературы XIX века (какие хитрые ходы искали русские классики для печати и распространения своих книг), вторая часть статьи Олега Лекманова "Русская поэзия в 1913 году", обзор книг об animal studies, рецензии на книги о советских дачах (американской исследовательницы) и войне 1812 года (французского историка).

Но больше всего меня удивила статья Ирины Шевеленко "«Суздальские богомазы», «новгородское кватроченто» и русский авангард". В ней говорится о московской выставке 1913 года, которая открыла "иконную Помпею". Чтобы увидеть гениальность древнерусской иконы, зрителям пришлось взглянуть на неё сквозь призму новейшей европейской живописи. "Через Матисса, Пикассо, Лефоконье и Гончарову мы гораздо лучше чувствуем громадную красоту этих «византийских» картин, то, что в них есть юного, мощного и живительного", - писал Александр Бенуа. "Московская молодежь уже усмотрела кубизм и футуризм в древних иконах", - возмущался критик Яков Тугендхольд.

Авангардисты от Бурлюка до Гончаровой срочно открестились от всего западного и возвели свою генеалогию прямо к иконе, произведя серьёзную подмену. Массовая икона, которая окружала человека в начале XX века и которую до выставки 1913 года видели авангардисты, не имела никакого отношения к древнерусской иконе, и Священный Синод даже одобрял машинную штамповку икон. Традиция иконописи XIV-XVI вв. прервалась. В XIX веке иконы тоже собирали, но смотрели на них как на предметы быта, а не как на искусство. Таким образом, древнерусская икона в качестве великого искусства существует всего сто лет.


25 января 2004 года марсоход "Оппортьюнити" высадился на Марсе и продолжает работать 10 лет, хотя был рассчитан на три месяца. Автопортрет покрытого пылью марсохода сделан незадолго до юбилея (NASA/JPL-Caltech/Cornell Univ./Arizona State Univ.).
Год назад марсоход "Кьюриосити" высадился на Марсе. За это время он проехал больше мили, собрал 190 гигабит информации и отправил на Землю более 70 тысяч снимков. Он обнаружил, что на Марсе есть необходимые для жизни элементы - углерод, водород, кислород, фосфор и сера - и что на Марсе текли реки. Теперь он направляется к своей главной цели - горе Эолида.



6 августа 2012. Посадка прошла успешно (NASA/Bill Ingalls).



14 сентября 2012. Следы древней реки (NASA/JPL-Caltech/MSSS).



5 августа 2013. Путь марсохода за год (NASA/JPL-Caltech/Univ. of Arizona).

Кафка

Jul. 3rd, 2013 03:20 pm
Из разговоров Густава Яноуха с Францем Кафкой:

"– Я совершенно несуразная птица. Я – Kavka, галка. У угольщика в Тайнхофе есть такая. Вы видели ее?

– Да, она скачет около лавки.

– Этой моей родственнице живется лучше, чем мне. Правда, у нее подрезаны крылья. Со мной этого делать не надобно, ибо мои крылья отмерли. И теперь для меня не существует ни высоты, ни дали. Смятенно я прыгаю среди людей. Они поглядывают на меня с недоверием. Я ведь опасная птица, воровка, галка. Но это лишь видимость. На самом деле у меня нет интереса к блестящим предметам. Поэтому у меня нет даже блестящих черных перьев. Я сер, как пепел. Галка, страстно желающая скрыться среди камней. Но это так, шутка… Чтобы вы не заметили, как худо мне сегодня.

(...)

– …Замза не является полностью Кафкой. «Превращение» не признание, хотя оно – в известном смысле – и бестактно… Разве тактично и прилично – говорить о клопах, которые завелись в собственной семье?

(...)

О двух книгах Г. К. Честертона – «Ортодоксия» и «Человек, который был Четвергом»:

– Это так весело, что можно почти поверить, будто он нашел бога.

(...)

Прощаясь перед отъездом Кафки в санаторий в Татрах, Г. Яноух выразил надежду на его скорое выздоровление, на то, что «будущее все поправит, все изменится». Кафка прижал руку к своей груди.

– Будущее уже здесь, во мне. Изменение – это только обнажение скрытых ран.

– Раз вы не верите в выздоровление, зачем же вы едете в санаторий?

– Каждый подсудимый пытается добиться отсрочки приговора".
Дата, разумеется, условная. Но именно этим числом - 26-м декабря 1913 года - датируется последнее письмо Амброза Бирса. Он отправил его из мексиканского города Чихуахуа и сообщил, что завтра поедет в Охинагу, где революционный генерал Панчо Вилья сражался с правительственными войсками. Адресатом письма была Кэрри Кристиансен - женщина, с которой у Бирса были многолетние и неоднозначные отношения (официально она была его секретарём).

И по такому случаю я решил всё-таки выложить все переведённые главы из книги Уолтера Нила "Жизнь Амброза Бирса" (можно прочитать и скачать на моём сайте). 18 глав из 26-ти, но по объёму это меньшая половина книги. Как я уже писал, несмотря на название, это не биография. Это запись разговоров с Бирсом. В переведённых главах Бирс рассуждает о политике, религии, браке, Гражданской войне в США и о мн. др. До глав с рассуждениями о литературе я так и не дошёл. Может, к 100-летию со дня исчезновения дойду, пока не знаю.

***


Клип на песню "Unloveable" английской группы "Babybird". Песня так себе, а клип - отличная экранизация "Случая на мосту через Совиный ручей". Режиссёр - Джонни Депп.
Сегодня интересный юбилей: 100-летие одной из самых знаменитых мистификаций в истории науки. 18 декабря 1912 года Чарльз Даусон на выступлении в Лондонском геологическом обществе представил публике новый вид ископаемого человека - пильтдаунского человека. По-латыни он назывался Eoanthropus dawsoni, то есть даусоновский человек зари. Находка была интересна тем, что соединяла довольно развитый череп и примитивную, обезьянью нижнюю челюсть. Пильтдаунский человек был провозглашён недостающим звеном между предками человека и современным человеком. Сначала, дескать, развился мозг, а потом всё остальное. Даусон умер в 1916 году. Уже при его жизни учёные начали сомневаться в подлинности первого англичанина, как был прозван пильтдаунский человек.

Всё разрешилось с помощью новых химических методов. В 1953 году с помощью анализа на фтор было доказано, что черепу не миллион лет, как утверждалось (на этой почве тогдашние расисты построили теорию, что европейцы ещё миллион лет назад обогнали всех азиатов, всяких там питекантропов и синантропов), а всего лишь 50 тысяч. Анализ на азот доказал, что нижняя челюсть принадлежит шимпанзе. А потом поближе рассмотрели зубы и увидели, что их специально обработали напильником. К тому же в том самом Пильтдауне после находок Даусона больше ничего не нашли. Итак, пильтдаунский выдающийся джентльмен оказался фальшивкой, а Даусон ловким аферистом. Более подробно читайте в блестящей книге Н. Эйдельмана "Ищу предка". Хотя она была издана в 60-х годах, но в этой части, кажется, не устарела.

Впрочем, есть версия, что за спиной Даусона стояли другие люди, в том числе Артур Конан Дойль (в 1912 году вышел его "Затерянный мир" - тоже ведь юбилей) и Пьер Теяйр де Шарден.
Участник войны 1812 года, будущий генерал Николай Николаевич Муравьёв (1794-1866) вспоминает (цитируется по сб. "Русские мемуары. Избранные страницы: 1800-1825 гг."):

«Вся Можайская дорога была покрыта ранеными и умершими от ран, но при каждом из них было ружье. Безногие и безрукие тащились, не утрачивая своей амуниции. Ночи были холодные. Те из раненых, которые разбрелись по селениям, зарывались от стужи в солому и там умирали. В моих глазах коляска генерала Васильчикова проехала около дороги по большой соломенной куче, под которой укрывались раненые, и некоторых из них передавила. В памяти моей осталось впечатление виденного мною в канаве солдата, у коего лежавшая на краю дороги голова была раздавлена с размазанным по дороге мозгом. Мертвым ли он уже был, или еще живым, когда по черепу его переехало колесо батарейного орудия, того я не был свидетелем. <…>

Перед выездом моим в 1816 году в Грузию виделся я в Петербурге с возвратившимся из плена л<ейб>-г<вардии> Финляндского полка полковн<иком> Фон-Менгденом, который был захвачен больным в Москве, и я слышал от него следующие подробности о поле Бородинской битвы. Когда его с прочими пленными гнали к Смоленску через Бородинское поле, он увидел в селении Горках трех раненых русских солдат, которые сидели рядом, прислонившись к избе. Двое из них были уже мертвые, третий еще жил. Фон-Менгден проходил в сем месте 18 дней после сражения; ни одно тело не было еще убрано. Смрад был нестерпимый. Оставшиеся после столь долгого времени в живых раненые питались сухарями, добываемыми из ранцев убитых, среди волков, питавшихся сотлевавшими трупами людей и лошадей. Тела на поле сражения оставались не похоронены до того времени, как по изгнании французов, земская полиция вступила в свое управление. Тогда пригнали крестьян, и трупы складывали в костры, которые сжигали. Не менее того зараза распространилась во всех окрестных селениях, отчего померло много жителей. <…>

Когда в 1812 году войска наши располагались на позиции при Бородине, хлеб в поле везде стоял великолепный и подавал надежду на обильный урожай; но все поля эти были потоптаны.

В том же 1816 году, проезжая через город Старую Русу, я познакомился с городничим Толстым, которому принадлежала мыза Татарки. Он уверял меня, что в 1813 году некому было засевать Бородинское поле, что ни одно зерно не было брошено в землю, но что земля, столь удобренная кровью и животным гниением, дала без всякой работы отличный урожай хлеба. <…> Окрестные селения в нищете и живут мирскими подаяниями, тогда как государь выдал 2 000 000 русских денег в Нидерландах жителям Ватерлоо, потерпевшим от сражения, бывшего на том месте в 1815 году!»
С датами похода Ермака много неясностей. Начало похода относят к разным годам: 1579, 1580, 1581. Мне кажется весьма убедительной версия Р. Г. Скрынникова, высказанная в книгах "Сибирская экспедиция Ермака" и "Ермак", что поход начался 1 сентября 1582 года. Если это так, то сегодня юбилейчик. Вот как это завоевание рая описывает Карамзин:

"В то время, когда Иоанн, имея триста тысяч добрых воинов, терял наши западные владения, уступая их двадцати шести тысячам полумертвых Ляхов и Немцев, - в то самое время малочисленная шайка бродяг, движимых и грубою алчностию к корысти и благородною любовию ко славе, приобрела новое Царство для России, открыла второй новый мир для Европы, безлюдный и хладный, но привольный для жизни человеческой, ознаменованный разнообразием, величием, богатством естества, где в недрах земли лежат металлы и камни драгоценные, в глуши дремучих лесов витают пушистые звери, и сама природа усевает обширные степи диким хлебом; где судоходные реки, большие рыбные озера и плодоносные цветущие долины, осененные высокими тополями, в безмолвии пустынь ждут трудолюбивых обитателей, чтобы в течение веков представить новые успехи гражданской деятельности, дать простор стесненным в Европе народам и гостеприимно облагодетельствовать излишек их многолюдства".

Ровно 170 лет назад, 24 июня 1842 года родился выдающийся американский писатель Амброз Гвиннет Бирс. По этому случаю представляем перевод первых глав книги Уолтера Нила "Жизнь Амброза Бирса" (1929).

Издатель Уолтер Нил долгие годы близко общался с Бирсом. Несмотря на название, его книга - не вполне биография. Это, по большей части, запись разговоров с Бирсом, в которых, по словам одного исследователя, "представлен непроверяемый, но более или менее убедительный образ Бирса". Из всех книг о Бирсе, написанных с 1920 года (биографических или литературоведческих) это единственная, перешедшая в общественное достояние. [См. пост от 27 июля.]

На картинке акварель Кэтрин Лэндис "Призывающий птиц" (к книге отношения не имеет). "Она основана на чудесной истории Хелен Бирс, которая рассказывала, что её отец умел призывать диких птиц", - говорит художница.

* * *

Ну, и в сторону: не забудьте, что сегодня 200 лет с начала Отечественной войны 1812 года. Событие, которое повлияло на многое и многое в истории XIX века.
Ровно 110 лет назад, 28 мая 1902 года был опубликован роман Оуэна Уистера "Виргинец. Всадник равнин", который считается первым вестерном в литературе. Если точнее, то это был первый вестерн, который привлёк внимание серьёзной критики, и дата рождения жанра, конечно, весьма условна. Кое-кто, кажется, прямо от Фенимора Купера отсчитывает. Вот что написано о романе в американском труде "Литературная история США" (1948; рус. пер. 1977-1979):

"...самый популярный ковбойский роман был написан гостем из Пенсильвании и Гарварда. Начав с коротких рассказов о жизни на ранчо, собранных в сборниках «Лин Маклин» (1898) и в «Босс Джиммиджон» (1900), Оуэн Уистер затем публикует «Виргинца» (1902), который, несмотря на некоторые романтические черты, столь презираемые Адамсом, становится литературной вехой. Книга до сих пор хорошо читается, ее действие развивается энергично, она полна юмора и достоверна. Уистер умел очень точно слышать диалект и, очевидно, великолепно знал жизнь на ранчо. Американские дети, играя в ковбоев, до сих пор часто говорят: «Улыбайся, когда так меня называешь», а история ухаживания ковбоя за школьной учительницей превратилась в избитый сюжет бесчисленных фильмов и телеспектаклей, посвященных Дикому Западу. Однако роман, которому подражают эти поделки, обладал и художественной силой, и чувством достоинства, недосягаемыми для подражателей. Адамс, Льюис и Уистер сделали ковбоя уважаемой фигурой серьезной прозы".

Более подробно пишет отечественный литературовед А. Ващенко в пятом томе "Истории литературы США" (1997-2009):

"Наибольшую популярность, однако, Уистеру принес роман "Виргинец" (The Virginian, 1902), от которого обычно и отсчитывают историю жанра вестерна. Здесь возникает новый вариант западного героя, приехавшего в Вайоминг с Юга (отсюда и его прозвище).

...
Критики выделяют в произведении тройной конфликт: вражду и финальное единоборство героя с местным злодеем Трампасом, историю его ухаживания за приезжей учительницей Молли Вуд и собственно "путь героя наверх" — карьеру Виргинца, становящегося в финале владельцем крупного ранчо. Однако все они объединены общим глобальным противопоставлением американского Запада Востоку США и одновременно — Нового Света Старому. Подобная двойная дихотомия станет приметой нарождающегося жанра.

...
Молли Вуд, следуя своей позиции учителя, пытается доказать Виргинцу идейно-культурную "правоту" Старого Света. Любопытен выбор Виргинцем двух произведений, сделанный им среди моря книг, — они способны послужить ключом к характеру героя и позиции автора. Первое из них — неназванный роман русского автора, в описании которого явно просматриваются "Отцы и дети" Тургенева. Виргинца ощутимо привлекает личная незаурядность и независимость Базарова, его бунт во имя демократии, против традиций и устоев "аристократии" (так видится автору основной конфликт тургеневского романа). Не исключено, что в облике "отцов" и "детей" предстает и оппозиция Европы/Америки. Примечательно, что вторым произведением, которое герой долгое время не выпускает из рук, становится "Кенильворт" Вальтера Скотта— герою видится родство рыцарства с ковбойством, проявившееся в кодексе чести и своде благородных "правил"...

...
Вместе с тем, роман "Виргинец" обладает обобщенно-символическим планом — он исполнен ностальгии, поскольку Дикий Запад, так же как и рожденный им человеческий типаж, возможны лишь до тех пор, пока дело не заканчивается капитуляцией перед цивилизацией, в данном случае — браком героев.

...
Как художественная реальность "Виргинец", однако, силен не идеологической подоплекой, а обаянием цельного и самобытного характера героя. "When you call me that, smile!" (то есть, если называешь меня так, говори шутя)— хладнокровный ответ героя на бранный окрик злодея-антагониста Трампаса стал крылатой фразой. Виргинец... привлекает нас неторопливой основательностью, добродушием и сердечностью — как, впрочем, независимостью и чувством собственного достоинства".

Самая известная экранизация романа была снята в 1929 году. Главную роль сыграл Гэри Купер, который родился почти ровно за год до выхода книги. Подозреваю, что фраза главного героя (в фильме: "If you wanna call me that, smile") стала крылатой благодаря не столько книге, сколько фильму. Что касается меня, то фильм я не смотрел и роман, тем более, не читал. На русский язык его, кажется, за 110 лет так и не перевели, хотя перевели многих последователей Уистера.

Статья об Оуэне Уистере в ру-вики.
Статья о романе на сайте канала "Хистори"
Первое издание романа в pdf на сайте "Интернет-архив"
Текст романа на сайте "Проект Гутенберг"
Фрагмент из фильма 1929 года с той самой фразой.
"...Ничего не изменится, пока мы не научимся как-то поступать с этой волосатой, мрачной, наглой, ленивой, хитрой обезьяной, которая сидит внутри каждого из нас. Пока не научимся как-то воспитывать ее. Или усмирять. Или хотя бы дрессировать. Или обманывать... Ведь только ее передаем мы своим детям и внукам вместе с генами. Только ее – и ничего кроме.

...Но вот ведь что поражает воображение: все довольны! Или – почти все. Или – почти довольны. Недовольные – стонут, плачут и рыдают, молятся, бьются в припадках человеколюбия, и ничего не способны изменить. Святые. Отдающие себя в жертву. Бессильные фанатики. Они не понимают, что ВОСПИТАННЫЕ никому не нужны. Во всяком случае, пока – не нужны...

...Это как неграмотность, аналогия исчерпывающая. Тысячелетиями неграмотные люди были нормой, и это никого не беспокоило, кроме святых и фанатиков. Понадобилось что-то очень существенное переменить в социуме, чтобы грамотность сделалась необходимой. Что-то фундаментально важное. И тогда, как по мановению жезла Моисеева, за какие-нибудь сто лет все стали грамотными. Может быть, и воспитанность тоже пока нашему социуму не нужна? Не нужны нам терпимые, честные, трудолюбивые, не нужны и свободомыслящие: нет в них никакой необходимости – и так все у нас ладненько и путем.

Что-то загадочное и даже сакральное, может быть, должно произойти с этим миром, чтобы Человек Воспитанный стал этому миру нужен. Человечеству сделался бы нужен. Самому себе и ближнему своему. И пока эта тайна не реализуется, все будет идти как встарь. Поганая цепь времен. Цепь привычных пороков и нравственной убогости. Ненавистный труд в поте лица своего и поганенькая жизнь в обход ненавистных законов... Пока не потребуется почему-то этот порядок переменить..."

С. Витицкий [Борис Стругацкий], "Бессильные мира сего" (2003).
И о хорошем. Сайту "Сибирская заимка" сегодня исполняется 14 лет. Очень полезный сайт для всех, кто интересуется историей Сибири. Спасибо его создателю за труды. Желаю больше интересных и компетентных авторов.
Сегодня Умберто Эко 80 лет. Покопался в своих подвалах и нашёл несколько выписок из юбиляра:

«Благо книги – в том, чтоб ее читали. Книга состоит из знаков, говорящих о других знаках, которые в свою очередь говорят о вещах. Вдали от читающего глаза книга являет собой скопище знаков, не порождающих понятий. А значит, она нема». ("Имя Розы")

«Никто и никогда не понуждает знать, Адсон. Знать просто следует, вот и все. Даже если рискуешь понять неправильно». ("Имя Розы")

«Бойся, Адсон, пророков и тех, кто расположен отдать жизнь за истину. Обычно они вместе со своей отдают жизни многих других. Иногда – еще до того, как отдать свою. А иногда – вместо того чтоб отдать свою». ("Имя Розы")

«Человечество не выносит мысли, что наш мир получился случайно, по ошибке, потому что четыре обалдевших атома столкнулись на мокром асфальте. А где нет места случаю, там отыщется и космический заговор, и Бог, и ангелы, и дьяволы». ("Маятник Фуко")

«Ур-фашизм до сих пор около нас, иногда он ходит в штатском. Было бы так удобно для всех нас, если бы кто-нибудь вылез на мировую арену и сказал: «Хочу снова открыть Освенцим, хочу, чтобы черные рубашки снова замаршировали на парадах на итальянских площадях». Увы, в жизни так хорошо не бывает! Ур-фашизм может представать в самых невинных видах и формах. Наш долг – выявлять его сущность и указывать на новые его формы, каждый день, в любой точке земного шара». (Эссе "Вечный фашизм")

"Это прекрасно, что, по крайней мере, три или четыре моих книг можно скачать в eMule… Почему я так безразличен к этому? Принимая во внимание, что я живу с этого, я должен волноваться. Первый ответ такой, что я достаточно заработал, а второй — что я хороший демократ". (Интервью для Викиновостей)

***

И чтоб два раза не вставать: 8 января будет 70 лет Стивену Хокингу. Тоже хотел каких-нибудь цитаток вставить, но в подвалах ничего не нашёл. Надо бы перечитать.
А вчера-то было 40 лет Сергею Бодрову. Было бы. Юрий Гладильщиков написал хорошую статью:

"Сергей погиб столь же внезапно, рано и нелепо, как погибли до него два других символа молодого кинематографа - американец Джеймс Дин в 1950-е и поляк Збигнев Цибульский в 1960-е. Недавно к этому ряду добавил себя голливудский австралиец Хит Леджер. Сергей отличается от них всех тем, что явно был истинным мужчиной (во всех смыслах слова). И что, строго говоря, не погиб. Никто ведь не видел, как именно. Он - официально - пропал без вести. Исчез за горизонтом, как самые легендарные герои самых легендарных фильмов".



"Брат" мне до сих нравится (несмотря на сиквел, про который Гладильщиков тоже хорошо сказал: "создатели фильма Балабанов и Сельянов подошли к "Брату-2" с максимальным коммерческим цинизмом" и т. д.). А "Сёстры", хотите режьте, лучшее кино нулевых. И этот гадский русский рок я могу слышать только в этих фильмах.

GoogLem

Nov. 23rd, 2011 09:29 am
Гугл в сентябре проспал 90-летие Лема, зато сегодня очень креативно празднует 60-летие со дня первой публикации. Первая публикация Лема, как известно - 1946 год, "Человек с Марса". А они, похоже, считают от "Астронавтов", которые вышли как в 1951-м.



LEM

Sep. 12th, 2011 04:23 am
27.70 КБ

90 лет великому Станиславу Лему (фотка - с официального сайта). Немножко цитат из книги интервью "Так говорил... Лем".

«Можно было прийти к красноармейцу и спросить: «А ископаемая шерсть у вас есть?» А он всегда с каменным лицом отвечал: «Конечно, есть». К немецкому солдату никто бы с таким вопросом не пошел. Русские, конечно, были опасны, но с большой примесью гротеска и абсурда».

«Конечно, я считаю себя реалистическим писателем, так как занимаюсь реальными делами. Меня не интересуют проблемы, связанные с такими свойствами, которыми мир не обладает. Меня никогда не волновали дилеммы обратимого времени, передачи мысли напрямую и тому подобное».

«Когда мой сын получил от своей учительницы польского языка домашнее задание «Какова общая тема всех произведений Словацкого», я остолбенел. Позвонил моему другу, известному полонисту, ректору Ягеллонского университета Яну Блоньскому и спросил его, какая это тема. Он в ответ: «С ума сошел? Нет такой темы». Я ему: «Ты сам дал этой учительнице степень магистра». Блоньский отвечает: «Заочно!» Я ему: «Да не важно, что по этому поводу думают ученые в ИЛИ и ПАН, важно, какой ответ ожидает эта учительница». В конце концов я был вынужден сам перевоплотиться в эту учительницу, слез со своей «горы» и написал сочинение, за которое получил пятерку».

(О «Солярисе».) «И уж совершенно ужасным было то, что Тарковский ввел в фильм родителей Кельвина и даже какую-то его тетю. Но прежде всего – маму, а мама – это мать, а мать – это Россия, Родина, Земля. Это меня уже совсем рассердило».

«”Преступление и наказание” – очень неплохой детектив, хотя никто не считает его криминальным романом».

(О Борхесе.) «Я неохотно вижу себя с ним в одной паре. Я, конечно, наблюдаю схожесть в общем плане, но в то же время вижу и огромные различия, если принять во внимание наши истоки. Борхес весь из прошлого, из Библиотеки, а у меня доминирующей является – это прозвучит патетически – борьба за человека и его космическую позицию».

(О фантастах.) «Если бы еще сами эти авторы вдохновлялись тем, что вычитали у Бора, Меллера, Эйнштейна или Дарвина, было бы замечательно, но они вдохновляются исключительно тем, что читают в газетах».

«Тот, кто заявляет, что человек является царем всякого создания и что выше сегодняшнего философа ничего быть не может, тот не только не возносит человека, но очень сильно его ограничивает, запирая его – как в тюрьму – в данный исторический момент. В то же время тот, кто критически оценит человека и скажет: «Фактически множество нас вымерло, мы сильно ограничены нашими чувствами и животным происхождением», – тот парадоксально откроет огромные врата для новых шансов и возможностей».

«Если бы я был диктатором в масштабе планеты или приехал в этой роли как представитель некой цивилизации с альфы Центавра, то первый закон, который бы я ввел, гласил бы, что каждый, кто говорит, что обладает окончательной панацеей решения всех социальных дилемм, должен быть изолирован на двадцать лет. Только по истечении этого срока можно было бы поговорить с виновником, но только на тему того, избавился ли он уже от своих опасных и вредных – если не убийственных – фантазий».

«В то же время духовенство выдвигает аргументы согласно закону: «Господь Бог так хотел – значит, так должно быть». Но подобные рассуждения неразумны, потому что в таком случае после падения Папы в ванной и перелома шейки бедра его следовало так и оставить, ибо, видимо, Бог хотел, чтобы он не мог двигаться. Но нет, его тотчас же отвезли в больницу и имплантировали титановую вставку».

«– …А все же интересно, что вы теперь сделаете с этими пленками? Это невыполнимо.
– Думаю, что компьютер мне поможет.
– (С сомнением.)
Компьютер? Сам? Я уже вам объяснял, что он глуп».

***

А мои любимые книги Лема: "Солярис", "Расследование", "Насморк" и рассказы о Пирксе.

Syndicate

RSS Atom

Custom Text

Лицензия Creative Commons