Раскопки в гробнице в Амфиополе продолжаются. Теперь археологи объявили, что они нашли останки пятерых человек: женщина 60-ти лет, младенец, двое мужчин 35-45-ти лет и ещё один взрослый неопределённого возраста. Действительно ли это захоронение матери, жены и сына Александра Македонского, узнаем из дальнейших исследований (ссылка).
10 самых важных археологических открытий 2014 года, по версии журнала "Archaeology".

Изучение территории вокруг Стоунхенджа с помощью геофизических методов; клад римских монет в Девоне (Англия); самая крупная древнегреческая гробница в Амфиополе с мраморными сфинксами, кариатидами и мозаикой с изображением Плутона и Персефоны; останки самого старого буддистского храма в Лумбини (Непал); новые генетические исследования неандертальца; останки корабля "Эребус" из пропавшей экспедиции Франклина; изучение древнеегипетских погребальных бинтов из музея Болтона (мумифицирование началось до фараонов!); крепость в Дании, возможно, построенная Харальдом Синезубым; генетические исследования Найи - скелета девушки из Юкатана.

Странно, что в список не попали исследования хомо сапиенса из Западной Сибири. Болваны скажут: русофобия. Но в списке нет изучения останков Карла Великого или древнейших следов человека из Англии. Зато есть клад, найденный очередным м*****м с металлодектором. But never mind!
Измеряем, какое количество пространства занимает персонаж в литературном произведении. В романе это сделать сложно, а в пьесе легко - просто считаем количество слов.

Возьмём такую всем известную пьесу, как "Федра" Расина. В ней 29% слов принадлежит Федре, 21% - Ипполиту, 14% - Тесею. Значит, Федра - всё-таки протагонист пьесы. Это очевидно.

ntemp1

Другой пример. В "Отелло" Шекспира больше слов произносит не Отелло, а Яго. Уже не так очевидно.

ntemp1

Далее. Измеряем связи между персонажами - кто к кому обращается и с каким количеством слов. В той же "Федре" по количеству связей получится, что Тесей занимает более важное место, чем Федра. Совсем не очевидно.

ntemp1

Итак, есть два критерия - количество слов и количество связей. Иногда эти критерии совпадают, например, в "Макбете" Шекспира, где Макбет лидирует по обоим критериям. В "Антигоне" Софокла, наборот, вроде бы протагонист - Антигона - произносит меньше слов, чем Креонт и Хор, и меньше связана с другими персонажами. То есть она не вполне протагонист?

ntemp1

ntemp1

Эти и другие удивительные подсчёты, а также следующие из них выводы - в статье Франко Моретти "«Операционализация», или Функция измерений в современной теории литературы".
Посидипп (III в. до н. э.), перевод Леонида Блюменау:

В жизни какую избрать нам дорогу? В общественном месте —
Тяжбы да спор о делах, дома — своя суета;
Сельская жизнь многотрудна; тревоги полно мореходство;
Страшно в чужих нам краях, если имеем мы что,
Если же нет ничего — много горя; женатым заботы
Не миновать, холостым — дни одиноко влачить;
Дети — обуза, бездетная жизнь неполна; в молодёжи
Благоразумия нет, старость седая слаба.
Право, одно лишь из двух остаётся нам, смертным, на выбор:
Иль не родиться совсем, или скорей умереть.

Метродор (IV в. н. э.), перевод Леонида Блюменау:

В жизни любая годится дорога. В общественном месте —
Слава и мудрость в делах, дома — покой от трудов;
В сёлах — природы благие дары, в мореплаванье — прибыль,
В крае чужом нам почёт, если имеем мы что,
Если же нет ничего, мы одни это знаем; женитьба
Красит очаг, холостым — более лёгкая жизнь.
Дети — отрада, бездетная жизнь без забот. Молодёжи
Сила дана, старики благочестивы душой.
Вовсе не нужно одно нам из двух выбирать — не родиться
Или скорей умереть; всякая доля блага.
Недавние находки историков для тех, кто пропустил (только у нас - самые несвежие новости науки!):

Европейцы эпохи мезолита были голубоглазыми брюнетами (рус.) (англ.) (англ.).

Неандертальцы оставили нам в наследство кожу, устойчивую к холоду, волчанку, диабет 2-го типа и склонность к курению (рус.) (англ.) (англ.).

Останки в гробнице Карла Великого, скорее всего, действительно принадлежат Карлу Великому (рус.) (англ.). И в Германии нынешний год - год Карла Великого.

Про Сапфо я уже писал, но вот ещё ссылка на русском.
Глядите, что творится в мире прекрасного, друзья мои. Анонимный коллекционер дал оксфордскому профессору Дирку Оббинку пощупать папирус третьего века, а там, судя по всему, два неизвестных стихотворения Сапфо. Одно про братьев Сапфо, а другое - обращение к Афродите. Оригинал можно почитать (в нашем случае посмотреть) в статье Оббинка.

Есть уже два английских перевода стихотворения о братьях: Тима Уитмарша из Оксфорда и Эдит Холл из Лондонского университета. Сапфо здесь ругает какого-то человека за то, что тот болтает о скором прибытии Харакса (брата поэтессы, известного по Геродоту) с нагруженным кораблём, а вместо этого надо молиться царице Гере о благополучном возвращении Харакса. Потому что всё в воле богов, которые меняют бурю на хорошую погоду, и тому, кто угоден Зевсу, всегда сопутствует удача. Дальше она пишет, что пора бы Лариху (второму брату) повзрослеть и стать достойным членом общества, и это "избавит нас от многих мучений". Волнуется, короче, за своих братьев.

Где там наши-то Вересаевы и Вяч. Ивановы?


Скелет Ричарда III, найденный в Лестере (фото: University of Leicester).

И другие 10 археологических открытий 2013 года по версии американского журнала "Archaeology" (в пересказе Компьюленты).
Софокл, "Антигона", пер. С. Шервинского:

"Много есть чудес на свете,
Человек – их всех чудесней.
Он зимою через море
Правит путь под бурным ветром
И плывет, переправляясь
По ревущим вкруг волнам.
Землю, древнюю богиню,
Что в веках неутомима,
Год за годом мучит он
И с конем своим на поле
Плугом борозды ведет.

Муж, на выдумки богатый,
Из веревок вьет он сети
И, сплетя, добычу ловит:
Птиц он ловит неразумных,
Рыб морских во влажной бездне,
И зверей в лесу дремучем,
Ловит он в дубравах темных,
И коней с косматой гривой
Укрощает он, и горных
Он быков неутомимых
Под свое ведет ярмо.

Мысли его – они ветра быстрее;
Речи своей научился он сам;
Грады он строит и стрел избегает,
Колких морозов и шумных дождей;
Все он умеет; от всякой напасти
Верное средство себе он нашел.
Знает лекарства он против болезней,
Но лишь почует он близость Аида,
Как понапрасну на помощь зовет".

Из предисловия В. Ярхо (в серии "Библиотека античной литературы"):

"...знаменитый 1-й стасим «Антигоны» является, конечно, торжествующей песнью во славу цивилизации и достижений человеческого рода. Но нельзя забывать, что перевод его первого стиха («Много есть чудес на свете» – в переводе С. Шервинского) очень далек от истинного смысла: прилагательное deinos, которое переведено как «чудеса», на самом деле обозначает нечто «вызывающее удивление, смешанное со страхом»..."
ЖЖшное филологическое снобьё обсуждает новый перевод "Одиссеи" (только первой песни). Высмеивают, конечно, и возмущаются. Это уже стало хорошим тоном. Выходит новый перевод Шекспира - да как он посмел? Новый перевод Сэлинджера - да как он посмел? Новые переводы воспринимаются как личное оскорбление и как оскорбление старых переводчиков. Объясняется это, видимо, реакцией, которая похожа на импринтинг (запечатление). Как гусёнок или утёнок признаёт своей матерью того, кого увидел сразу после рождения, даже если это человек, так и филологический сноб, да и обычный читатель, признаёт лучшим переводом тот, что прочитал в детстве. Не просто лучшим, а единственным имеющим право на существование. В истории с "Одиссеей" самое смешное, что автор нового перевода Максим Амелин - социально близкий, такой же филологический сноб, в литературе не признающий ничего, кроме античности и XVIII века. Попало от своих же.
Цитаты из книги Э. Ренана "Жизнь Иисуса" (не только про Иисуса, но и вообще):

«Случалось, что судьбу мира решал полет птицы, направление ветра, головная боль. Чтобы не получить упрека в неправдивости и неполноте, нужно упоминать об этого рода случаях, и даже тогда, когда они сообщаются в документах, обладающих посредственной степенью достоверности, следует остерегаться обходить их молчанием. В сущности, в истории не бывает вполне достоверных подробностей, а между тем подробности всегда имеют некоторое значение. Талант историка заключается в том, чтобы создать правдивое целое из частей, которые сами по себе правдивы лишь отчасти».

«Одна лишь наука ищет голую истину. Одна наука подтверждает истину разумными доводами и подвергает строгой критике все способы доказательства. Без сомнения, благодаря этому наука до сих пор и не пользуется влиянием на народ. Быть может, в будущем, когда просвещение проникнет в народ, как нам это сулят, на толпу тоже будут действовать только разумные, основательные доказательства».

«Ни одно из чудес, которыми переполнены старые истории, не происходило в научной обстановке. Ни разу еще не изменявший нам опыт учит нас, что чудеса происходят только в эпохи и странах, где в них верят, при людях, склонных в них верить. Никогда ни одного чуда не происходило в собрании людей, умственно способных констатировать чудесный характер факта».

«…невозможно поднимать вопрос о расе и доискиваться, какая именно кровь текла в жилах того, кто больше всех содействовал искоренению различий людей по крови».

«…объявив, что политика не имеет значения, он пробудил в мире сознание той истины, что родина это еще не все и что человек стоит и выше, и впереди гражданина».

«Но если мы желаем быть справедливыми к великим деятелям, мы не должны обращать внимания на те предрассудки, которые они разделяли. Колумб открыл Америку, исходя из совершенно ложных идей; Ньютон считал свое безумное толкование Апокалипсиса столь же верным, как и свою теорию тяготения. Не ставить же нам того или другого дюжинного человека из числа наших современников выше, например, Франциска Ассизского или св. Бернарда, или Жанны д’Арк, или Лютера на том основании, что он свободен от тех заблуждений, которые разделяли те деятели? Не станем же мы оценивать людей по правильности их понятий в физике или по большей или меньшей точности их сведений об истинной системе мира?»

«Нет великого дела, которое бы не было основано на легенде. Единственно кто в этом виноват, это человечество, которое желает быть обманутым».

«Чтобы добиться от человечества немногого, следует требовать от него побольше».

«"Партия порядка" (я употребляю это выражение в его узком и низменном смысле) всегда была одинакова. Полагая, что все назначение правительства сводится к тому, чтобы не допускать народных волнений, она думает, что совершает патриотическое дело, предупреждая с помощью юридического убийства бурное кровопролитие. Нимало не заботясь о будущем, она не помышляет о том, что, объявляя войну всякой инициативе, она рискует вступить в борьбу с идеей, которой суждено рано или поздно восторжествовать».
Прочитал две книжки трёх авторов про трёх философов: "Сократ" Ф. Х. Кессиди и "Платон. Аристотель" А. Ф. Лосева и А. А. Тахо-Годи. Умели люди писать захватывающе про сложное. Биографии - это само собой, но, кажется, я даже на старости лет что-то понял в философии. По крайней мере, стало понятнее, что такое идея и какова её актуальность для настоящего времени. Естественники, которые с пренебрежением отрицают философию ("Ну, это философия", говорят они, имея в виду "Ну, это чепуха"), наверняка не читали ни античных философов, ни даже популярные изложения философских учений. А без Сократа, Платона и Аристотеля никакой науки не было бы вообще. Во всяком случае, если верить авторам названных книжек.
Прочитал книгу "Люди, нравы и обычаи Древней Греции и Рима" Лидии Винничук. Тема понятна из названия: человек вне войны и политических событий, то есть того, что учебники до сих пор считают самым главным в истории. Экономика, стихийные бедствия, сельское хозяйство, путешествия, семья, обучение, медицина, развлечения, похороны. Повседневная жизнь - это модный тренд (у одного издательства, названного в честь прокремлёвского молодёжного движения, есть даже серия "Повседневная жизнь человечества"), но книга Винничук написана ещё в 1983 году, а переведена в 1988 году. Лидия Винничук - почтенная польская филологесса, автор множества книг об античности и учебника по латинскому языку. Несколько цитат из древних мудрецов, которых, в свою очередь, цитирует Винничук:

«…должно поставить предел скорее для деторождения, нежели для собственности, так чтобы не рождалось детей сверх какого-либо определенного числа. Это число можно было бы определить, считаясь со всякого рода случайностями, например с тем, что некоторые из новорожденных умрут или некоторые браки окажутся бездетными. Если же оставить этот вопрос без внимания, что и бывает в большей части государств, то это неизбежно поведет к обеднению граждан, а бедность – источник возмущений и преступлений». Аристотель. Политика.

«…По своему душевному складу трехлетние, четырехлетние, пятилетние и даже шестилетние дети нуждаются в забавах. Но надо избегать изнеженности, надо наказывать детей, однако так, чтобы не задеть их самолюбия…» Платон. Законы.

«Ведь беспочвенны жалобы, будто лишь немногим дана способность к познанию, большинство же, мол, из-за неразвитости ума напрасно теряет время и труды. Напротив: немало найдешь ты и легких на соображение, и скорых на учение. Ибо это от природы присуще человеку, и как птицы рождаются для полета, кони для бега, а дикие звери – чтобы быть свирепыми, так нам свойственны усердие и острота ума… Появление тупых и непонятливых не меньше противоречит природе, как явление телесных уродств и всяких чудищ; но их очень мало». Квинтилиан. Воспитание оратора.

«Без выписок он ничего не читал и любил говорить, что нет такой плохой книги, в которой не найдется ничего полезного». Письма Плиния Младшего (о Плинии Старшем).

«Остается еще упомянуть о боях с дикими зверями – по два раза в день на протяжении пяти дней. Они были великолепны, никто не отрицает: но что за удовольствие для образованного человека смотреть, либо как слабый человек будет растерзан могучим зверем, либо как прекрасный зверь пронзен охотничьим копьем? Впрочем, если это стоит видеть – ты часто видел это; мы же… не увидели ничего нового. Последний день был день слонов. Он вызвал большое восхищение у черни, у толпы, но не доставил никакого удовольствия; более того, это породило какое-то сочувствие и мнение, что у этого животного есть нечто общее с человеком». Письма Марка Туллия Цицерона.

«Не знать, что случилось до твоего рождения, – значит всегда оставаться ребенком». Цицерон. Оратор.

* * *

Раз уж речь об истории повседневности, не могу не обратить ваше внимание на серию высококлассных статей в Википедии, написанных одной участницей: "Брак в Древнем Риме", "Кухня Древнего Рима", "Инсула", "Аппиева дорога", "Хлебопечение в Древнем Риме". Это только избранные или хорошие статьи и только небольшая часть из 300 статей, написанных этой участницей.
«В царствование этого Псаммиса прибыли в Египет послы элейцев и стали похваляться тем, что устроили Олимпийские игры по самым справедливым и прекрасным законам на свете. Кроме того, по их словам, даже сами египтяне, мудрейший народ на свете, не могли бы придумать ничего лучше [и справедливее]. Итак, когда элейцы прибыли в Египет и изложили царю дело, ради которого приехали, царь этот велел созвать египтян, славных своей великой мудростью. Мудрецы собрались и стали расспрашивать элейцев, какие у тех правила и порядки на олимпийских состязаниях. Элейцы рассказали им всё, прибавив в заключение, что прибыли сюда узнать, не могут ли египтяне придумать ещё более беспристрастные правила и порядки на состязаниях. А мудрецы, посоветовавшись, спросили, принимают ли участие на состязаниях также элейские граждане. Те ответили, что и они также могут состязаться подобно всем другим эллинам. Египтяне же на это возразили, что такими порядками они совершенно нарушают беспристрастие: ведь как судьи они не могут беспристрастно относиться к борцу из своих граждан и не обижать чужеземцев. Если же они желают проводить состязания действительно по справедливости и ради этого прибыли в Египет, то должны допускать к состязаниям только иноземцев и исключить всех элейцев. Такой ответ дали египтяне элейцам» (II, 160).

***

А ведь правильно рассудили египтяне. Было бы и сейчас логично, если страна, которая принимает Олимпиаду, сама бы в этот год не участвовала в состязаниях. Нервы были бы целее. Часто думаю о той волне "патриотизма", которая накроет нас в 2014 году…
Цитаты:

Я написал детскую книжку «Занимательная Греция». У Мольера педант говорит: «Я предпринял великое дело: переложить всю римскую историю в мадригалы»; а я – всю греческую историю в анекдоты. (О технике греческого анекдота я всю жизнь мечтал написать исследование, но написал только две страницы – в преамбуле к одному комментарию.) Писал я для среднего школьного возраста, знающего о Греции ровно столько, сколько написано в учебнике Коровкина, потом прочитал несколько глав перед студентами – им оказалось интересно; потом перед повышающимися преподавателями – им тоже оказалось интересно. Философы говорили: «Все очень хорошо, но про философию, конечно, слабее»; искусствоведы говорили: «Все очень хорошо, но про искусство, конечно, слабее»; я заключил, что вышло как раз то, что нужно. Может быть, поэтому, а может быть, по чему другому книжка прождала издания четырнадцать лет. Я думаю, что это самое полезное, что я сделал по части античности. (С. 313-314, из статьи "Античность")

...«Поэтика» Аристотеля. Здесь точность перевода должна быть буквальной, потому что каждое слово подлинника обросло такими разнотолкованиями, что всякий выбор из них был бы произволен. А стиль «Поэтики» – это стиль конспекта «для себя», в котором для краткости опущено всё, что возможно и не возможно. Перевести это дословно – можно, но тогда пришлось бы рядом приложить для понятности развернутый пересказ. Я постарался совместить это: переводил дословно, но для ясности (хотя бы синтаксической) вставлял дополнительные слова в угловых скобках: пропуская их, читатель мог воспринять стиль Аристотелевой записной книжки, а читая их – воспринять смысл его записи. Так как греческий синтаксис не совсем похож на русский, то пришлось потратить много труда, чтобы сделать такое двойное чтение возможным. (С. 322, из статьи "Переводы")

***

Что мне не нравится в "ЗиВ" (не только в "ЗиВ", но и вообще, в ЖЖ, например), так это пересказы своих и чужих снов. Я просто не верю в такие сны. Вот пример: "Сон сына. «А когда Ахилл догнал черепаху, она ему ска…» Дальше сон оборвался" (С. 339). Я верю, что у Гаспарова такой образованный сын, что ему снятся апории, но каким образом могло присниться вот это "ска..."? Не верю!
Цитаты:

«Кирилов вам нравится только потому, что он тоже заикается», – сказала Р. Я перечитал главы о нем: нет. Пьет чай, забавляет дитя мячом, благодарен пауку на стене, говорит «жаль, что родить не умею». Уверяют, будто Достоевский обличал: «Если Бога нет, то все дозволено, и можно убивать старушек»; нет, самый последовательный атеист у Достоевского утверждает своеволие, убивая себя, а не других, и не затем, чтобы другие тоже стрелялись, а чтобы оценили себя, полюбили друг друга и стали счастливы. И уважает Христа, который (понятно) в Бога тоже не верит, но учит добру. (С. 138-139)

Верлибр «Главное – иметь нахальство знать, что это стихи» (Я. Сатуновский). (С. 229)

Мы с Вами плохо ориентируемся на местности, мне здесь рассказали страшную историю о том, как это опасно. Когда Гитлер был безработным малярным учеником, ему повезло добыть рекомендательное письмо к главному художнику Венского театра (дом в квартал, весь вспученный крылатыми всадниками и трубящими ангелами), но он заблудился в коридорах этой громады, попал не туда, его выставили, и вместо работы по специальности ему пришлось делать мировую историю. (С. 239, из письма к И. Ю.)

Здесь устраивались историко-литературные юбилеи. Каждый сектор подавал план на будущий год: будут круглые даты со дня рождения и смерти таких-то писателей. Вольтер и Руссо умерли в один год, их чествовали вместе. «Всю жизнь не могли терпеть друг друга, а у нас – рядом!» – сказал Аверинцев.
«Ну, у вас, античников, как всегда, никаких юбилеев?» – устало спросил, составляя план, секретарь западного отдела, старый циник Ф. С. Наркирьер с отстреленным пальцем. «Есть! – вдруг вспомнил я. – Ровно 1900 лет назад репрессированы Нероном сразу Сенека, Петроний и Лукан». – «Репрессированы? – проницательно посмотрел он. – Знаете, дата какая-то некруглая: давайте подождем еще сто лет». (С. 252, из воспоминаний про ИМЛИ)


Среди прочих других Рафаэль под видом античных деятелей изобразил Леонардо, Микеланджело, самого себя и свою возлюбленную. См. в статье в Википедии. И там ещё есть ссылка на страницу с более подробным разбором.

Syndicate

RSS Atom

Custom Text

Лицензия Creative Commons